Новости кафедры германской и кельтской филологии


Семинар с Гейром Полленом

Быть участником семинара - всегда познавательно, вне зависимости от того, какому предмету он посвящен. На первый план выходит не тема, а сотворчество, чувство общности и предполагаемый жанром встречи диалог. В особенности важны такие мероприятия для изучающих норвежский язык и культуру - несмотря на всю свою популярность, норвежский не покидает категорию "редких языков" и, значит, интересующиеся им рассеяны небольшими группками по разным местам. Тем более важно собираться - обмениваться мнениями, идеями, и, конечно, вместе слушать и переживать лекцию.

Гейр Поллен - прекрасный лектор. Его последний роман особенно интересен русскоязычной аудитории, ведь одна из самых важных тем в нем - взгляд со стороны на историю русской литературы. Нечто похожее мы встречаем в "Даре" Набокова - с поправкой на то, что Годунов-Чердынцев в эмиграции оглядывается назад, и история русской литературы, заново разворачивающаяся в его сознании, накладывается на топографию Берлина, в то время как герой романа Поллена приезжает в свою временную эмиграцию, чтобы неожиданно попасть под власть петербургского контекста - и, соответственно, оказаться внутри истории русской литературы (автор в процессе лекции заметил, что для него самого существует только такой, литературный, Петербург, ушедшего XIX столетия). Почему мне вспомнился именно "Дар"? У романов похожие принципы построения: герои в большей мере живут в мире своих ассоциаций, чем в реальности, и логика развития действия тоже внутренняя. Сама же манера письма отсылает, на мой взгляд, к эссе Бродского - в первую очередь, возможно, к "Набережной неисцелимых". Вопрос стиля очень важен для "Дома Раскольникова" - Гейр уделил ему немало внимания на лекции, вспомнив и Кундеру ("Искусство романа"), и Флобера - как первого, кто "gjorde roman til et spr?kelig sp?rsm?l" (превратил роман в вопрос о языке). Все же русскоязычные участники почувствовали это сполна на второй части - собственно переводческом семинаре.

Гейр Поллен - писатель и переводчик, и за время субботней встречи нам довелось познакомиться с обоими его ипостасями. Если на лекции мы слушали писателя, рассказывающего об истории создания романа, источниках попавших туда образов, и просто делящегося взглядами на суть писательского труда, то на второй части нам представилась возможность проконсультироваться не просто с автором переводимого текста, но c человеком, знающим русский язык настолько, чтобы чувствовать "слабые места" межъязыковой коммуникации и помогать в нужный момент. Чуткий к стилистике норвежского, он объяснял нюансы словоупотребления, которым мы общими силами пытались подобрать эквивалент в родном языке - все участники переводили к семинару отрывок из "Дома Раскольникова" и пришли со своими готовыми "решениями". Было над чем подумать - синтаксис Поллена совершенно не норвежский (недаром Гейр известен свои переводом "Аустерлица" Зебальда) - предложения настолько длинные, что даже в переводе на русский начинают выглядеть тяжеловесными. О совершенно незначащих, казалось бы, вещах рассказывается архаичным, книжным языком, мелочи приобретают эпические масштабы, и требуется известная сноровка, чтобы воссоздать мир романа таким, каким видит его герой - университетские коридоры, превращающиеся чуть ли не в готический замок из романа с привидениями, кошка (или все-таки кот?) - несомненная чародейка, хранитель замка, которая, как, смеясь, передал автор слова одного критика, "dritter ikke, den gj?r sitt forn?dne (не гадит, нет, она отправляет свои естественные потребности)".

В итоге обсуждение вышло живым и плодотворным: было интересно сравнить свои находки с вариантами старших товарищей, уже аспирантов, и, конечно, послушать преподавателей. Приятно было познакомиться с выпускницей питерского филфака, комментировавшей реалии текста, а также встретить студентов из других вузов, вероятно, изучающих норвежский вне связи с филологией. Мне кажется, диалог состоялся - и не это ли самое главное, лучшее доказательство того, что настоящий разговор о литературе не привязан ни к месту, ни к языку?
Виктория Данилова студент 3 курса филологического факультета МГУ