“Логический анализ языка. Семантика начала и конца” 
Ред. Н.Д.Арутюнова. М., Индрик, 2002.

С.В. Кодзасов
Фазовая символика тона
Введение
Основные тональные движения (восходящее и нисходящее) обычно связывают с фазовыми характеристиками текста: восходящий тон указывает на незавершенность фразы или диалогического единства, а нисходящий – на их завершенность. Такое представление типично для лингвистов, не занимающихся специально интонацией. В частности, указывается на то, что тема повествовательного предложения имеет восходящий тон, а рема – нисходящий, причем тема нормально предшествует реме (Ковтунова 1976, Падучева 1985).
Более тонкую интерпретацию фазовых функций тона мы находим у  профессиональных интонологов. Так, Е.А.Брызгунова говорит об “ожидании продолжения” как об “архисеме” ИК-3 (восходящий тон): “…в вопросе это ожидание ответа, в повествовательном высказывании – это ожидание продолжения мысли говорящего, в просьбах ИК-3 выражает заинтересованность говорящего в выполнении действия слушающим, что включает неуверенность, ожидание реакции слушающего.” (Брызгунова 1993). Как видим,  автор здесь мыслит “ожидание продолжения” не только в терминах наблюдаемого текста, но и в терминах сопутствующей ментальной деятельности собеседников.1 
	Однако до сих пор  функции тонов в русском языке  не подвергались систематическому  анализу. Это не значит, что работу в этой области нужно начинать с нуля.  Если попытаться обобщить имеющиеся сведения,  то функции фразовых тонов в самом общем виде можно сформулировать следующим образом:  восходящий тон (/) символизирует начало, нисходящий тон (\) – конец, а ровный тон (=) – поддержание того состояния, которое достигнуто после начала. Кроме обозначения фаз как таковых, тоны указывают также на процессы, связанные с фазами: каузацию фазы и ожидание фазы. 
Символическая связь фазы и тона особенно ясно видна в случае перлокутивных речевых актов типа команд: запуск действия огласуется восходяшим тоном, его прекращение – нисходящим, а поддержание – ровным:
(1) – Шагом – ма/рш! ; – Налево/! 
(2) – Сто\й! ; – Отста\вить! 
(3)	– Тя-я=немся-тя-я=немся, девочки!; – Бежи=м-бежи=м! 
Команды предполагают прямой результат в действительности: адресат механически подчиняется речевому воздействию. Только в  таких высказываниях тон обусловлен онтологическими фазами управляемого действия. В других случаях он связан либо с фазовой структурой локутивного действия (теморематическая и линейная структура высказывания), либо с фазовой интерпретацией иллокутивно вынуждаемого действия, в последнем случае фазовая мотивация тона не столь наглядна2.
Связь направления тона с фазовой характеристикой имеет, вероятно,  фонетическую природу: немаркированная структура отрезка речи, как известно, имеет вид /=\ (Кривнова 1976); видимо, ее следует считать прототипическим способом оформления локутивного действия. Однако не исключено влияние и концептуальных ассоциаций высокого с начальным и низкого с конечным, отражающих некоторые реальные связи. Как мы говорили,  тональная схема /=\ принимается и как стандарт для  оформления коммуникативной схемы повествовательного предложения: восходящий тон оформляет Тему, а нисходящий тон Рему (связующий ровный тон обычно не рассматривается). Однако высказываниям в реальном дискурсе такая схема часто не соответствует, она типична  для повествовательных текстов, в которых совершаются лишь локутивные действия3.
В неповествовательных текстах, прежде всего диалогических, тональное оформление фразы предопределено в основном его иллокутивной характеристикой. В русском языке иллокутивный тон любого направления совмещен с рематическим акцентом, а тон темы обычно адаптируется к тону ремы (см. ниже). При этом рема может занимать любую позицию в предложении, поэтому тональные конфигурации могут быть весьма разнообразными.
Мы полагаем, что актуальное членение в текстах дискурсного типа (диалоги, обучающие тексты и др.) имеет иную функциональную природу, нежели в недискурсных (сугубо повествовательных). В высказываниях первого типа рема несет информацию, позволяющую формировать и перестраивать знания или программы поведения воспринимающего субъекта, тогда как тема имеет адресную функцию. В высказываниях второго типа актуальное членение задает “маршрут” прохождения  ситуации (Апресян 1988), которая вводится в некоторую буферную зону памяти, не связанную непосредственно с когнитивными и поведенческими структурами. В первом случае интонация обслуживает в основном иллокутивные действия, тогда как локутивные огласовки играют вспомогательную роль. Во втором случае преобладают локутивные огласовки.
 В настоящей статье будут рассмотрено использование тонов в диалогических репликах разных иллокутивных типов – они позволяют увидеть разнообразие семантической мотивации при выборе фазовой интерпретации речевого действия. Однако, завершая вводную часть, обратим внимание на то, что обычное описание интонации в повествовательной речи существенно упрощает реальную ситуацию. Проиллюстрируем это на фрагменте из рассказа Чехова “Ванька” (в одном из возможных нейтральных прочтений):
Ванька Жу/ков, || девятилетний ма\льчик, | отданный три месяца тому назад в ученье к сапожнику Аля/хину, ||  в ночь под рождество/  ||  не ложи/лся спа\ть. || Дожда/вшись,| когда хозяева и подмастерья ушли к зау/трене, || он доста/л из хозяйского шкафа пузырек с черни/лами, | ру/чку с заржавленным пером ||  и, разложи/в перед собой измятый лист бума/ги,  | ста/л писа\ ть. 
	Как видим, тональное оформление задается в основном такими  свойствами текста, как линейные позиции акцентированных слов в синтаксических группах и глубина паузального членения. Трудно соотнести тональные огласовки с коммуникативными составляющими, поскольку они имеют весьма сложную  структуру и содержат несколько внутренних акцентов.  Подчеркнем, что это отнюдь не самый сложный повествовательный текст.
Иллокуции и тон  
После работы Дж.Р.Серля о классификации иллокуций (Серль 1986) общепринято рассмотрение иллокутивной характеристики высказывания как многокомпонентной  сущности. Анализ тональных огласовок показывает справедливость этого подхода и невозможность предсказать тон на основе  членения на “основные типы высказываний”: повествовательное, вопросительное и побудительное. Релевантными для тональной огласовки предложения (а она отражает фазовую интерпретацию иллокутивного действия) оказываются четыре характеристики из списка Серля. Перечислим их, несколько меняя формулировки автора:
а) основная цель: сообщение/вопрос/побуждение;
б) фаза дискурса: инициирующая реплика/реактивная реплика;
в) иерархические отношения между партнерами: доминация говорящего/доминация слушающего/равенство партнеров;
г) эпистемические оценки вводимой информации партнерами: ожидаемая/нейтральная/неожиданная.
	Эксплицируем характер того процесса, который вынуждается диалогической репликой. Обычно ее целью является некоторая ментальная реакция партнера, за которой может последовать реакция поведенческая. В зависимости от типа цели это  либо принятие адресатом релевантной информации, могущей повлиять на его установки,  либо актуализация запрашиваемых сведений для последующей передачи, либо адаптация поведенческой задачи для последующего выполнения.   
Как было сказано, тон ремы отнюдь не предопределяется основным типом высказывания, но существенно зависит от других иллокутивных компонентов. Выбор тона в целом определяется степенью  контроля  над  осуществлением цели реплики: восходящий тон свидетельствует о  малых возможностях говорящего (ментальный процесс запускается, но достижение конечной цели не контролируется), тогда как нисходящий тон указывает на большие возможности в достижении цели реплики (т.е. конца инициированного процесса). Веса факторов, определяющих начальную или конечную трактовку, связаны с  базовой  иллокутивной характеристикой реплики: в случае побуждений важны иерархические позиции партнеров по диалогу, в случае сообщений – эпистемические оценки, а для огласовки вопросов – оба  этих параметра. Поэтому естественно рассмотреть основные типы высказываний отдельно. Начнем с побуждений, в которых мотивация различий тональных огласовок наиболее очевидна. 
Побуждения
Функцией побудительного акта является введение поведенческой инструкции в память адресата. Можно выделить  немало разновидностей побуждений (Храковский 1990), и это разнообразие в большой степени обусловлено различием в иерархическом статусе партнеров по общению. Чем выше позиция говорящего относительно слушающего, тем более вероятна нисходящая огласовка побуждения. Так, приказы никогда не огласуются восходящим тоном:
(4) – Введи\те арестованного! 
(5) – Убери ко\мнату!
В таких случаях говорящий полностью контролирует развитие ситуации  и задает ее по конечной фазе (принятие адресатом инструкции, предполагающее ее последующее выполнение). Сходным образом произносятся запреты – отрицательные приказы;
(6) –  Не де\лай этого!
В то же время неоднократно отмечалось, что просьбы, подобно общим вопросам, огласуются восходящим тоном:
(7)	– Помоги/ мне, пожалуйста! (ср. – Ты мне не помо/жешь?)
(8) – Прошу тебя, не де/лай этого!
Также и другие побуждения, осуществляемые в условиях зависимости говорящего от партнера, произносятся с восходящим тоном. Во всех случаях он означает инициацию процесса ввода поведенческого задания без уверенности в его успешном завершении. Таковы, в частности, предложения и советы :
(9) – Попро/буйте этот пирог!
(10) –  Дава/йте погуля\ем! (ср. – Погуля/ем?)
(11) – Я тебе советую согласи/ться.
(12)	 – Ваша киска купила бы ВИ/СКАС!
Последняя рекламная фраза являет собой типичный  пример косвенного совета. 
Побуждения к  интеллектуальной или эмоциональной активности обычно огласуются  по началу, поскольку произвольный контроль здесь невозможен:
(13) – Поду/май!
(14) – Не волну/йся!
Однако попытки контролировать неуправляемые процессы возможны, тогда давление (обычно безрезультатное) на партнера маркируется нисходящим тоном и повышением дыхательной и артикуляционной напряженности.
Пожелания могут оформляться  как восходящим, так и нисходящим тоном, однако в обоих случаях огласовки риторичны, поскольку эти фатические акты не предполагают принятия или непринятия слушающим поведенческой программы:
	(15) – Поправля/йся!  //  – Поправля\йся!
      (16) – Желаю тебе разбогате/ть! //  – Желаю тебе разбогате\ть!
      Очень характерны разные огласовки разрешений. Если ситуация общения формализована и разрешающий субъект наделен властными полномочиями, то реплика оформляется нисходящим тоном:
       (17) А. – Разрешите идти/? Б. – Иди\те!
В неформальном общении разрешение может быть оформлено и восходящим тоном – он показывает, что отвечающий отказывается от доминирующей позиции и перелагает решение на  вопрошавшего:
       (18) А. – Можно я ее приглашу в гости? Б. – Пригласи/, если хочешь.
Последняя реплика сопровождается жестом “пожимания плечами”.
Вопросы 
Вопросы, как и побуждения, весьма  разнообразны по своим пропозициональным и иллокутивным характеристикам. Мы рассмотрим здесь лишь самые употребительные типы. 
Общий вопрос чаще всего используется грамматистами, пишущими об
интонации, в качестве прототипического образца высказывания, имеющего восходящий тон ремы:
(19) – Скажите, поезд уже при/был? 
Действительно, иллокутивные компоненты  такого вопроса способствуют
выбору восходящего тона: это инициирующая реплика, вынуждаемая  отсутствием  у говорящего нужных сведений, причем ее автор вынужденно принимает позицию зависимости от адресата. Примечательно, что использование такой формы устранения информационного дефицита вряд ли возможно в случае, когда носитель знания занимает существенно более низкую позицию на официальной иерархической лестнице. Так, запрос военачальника к подчиненному скорее будет иметь форму побуждения:
      (20) – Сообщите о прибытии по\езда!
Возможно и другое нарушение обычных иллокутивных условий общего вопроса: почти полная эпистемическая определенность ситуации. Таковы вопросы на подтверждение:
(21) – Кто тебе это сказал? Ва\ня?  Не т\ак ли?
По тональной огласовке такой вопрос совпадает с утверждением, и лишь контекст позволяет правильно проинтерпретировать реплику. Однако такого рода вопросы довольно редки.
Вопросы с вопросительным словом (“специальные”) обнаруживают весьма разнообразные тональные контуры. По нашему мнению, ремой специальных вопросов является вопросительное местоимение, находящееся обычно в начале предложения, а новая тема помещается в конце. Как рема, так и новая тема несут тональные акценты, причем тематический акцент обычно нисходящий, тогда как тон ремы предопределяется ролевыми отношениями участников дискурса.  Если спрашивающий не занимает доминирующей позиции, то используется восходящий тон:
(22)	 – Скажите, когда/ прибывает поезд из Берли\на?
Скользящие тоны соединены здесь ровным (он для простоты не показан в транскрипции), то есть используется так называемая “шляпная” конструкция: /=\.
	Если же говорящий выступает с позиции “хозяина” ситуации, то на вопросительном слове используется нисходящий тон:
(23)	 – Ты опять уходишь. Когда\ ты верне\шься? 
Здесь после начального падения следует ровный низкий тон, и второе падение происходит уже в низком регистре. В таких требовательных вопросах возможна также интенсификация произнесения  акцентированных слогов (Брызгунова 1980).
	Следует отметить, что когда  вопрос с местоименным словом входит в состав цепочки реплик, часто используется специальный показатель текстовой связности (ожидания продолжения текста) – восходящий тон на конечном слоге реплики. Если этот слог несет акцент, то  гласный становится двуморовым, что позволяет  разместить на нем оба тона:
(24)	 А. – Можно Ивана Ивановича? 
        Б. – Он только что ушел.
              А. – А когда/ он приде\-е/т?
При безударности конечного гласного он несет лишь восходящий тон:
(25)	 – А когда/ он верне\тся/?
Подчеркнем, что в данном случае конечный восходящий тон  несет не иллокутивную, а  локутивную функцию, маркируя лишь фазу текста, но не фазовую интерпретацию дискурсивной действия. Иначе обстоит дело в случае нисходяще-восходящего тона в сопоставительных вопросах:
       (26) А. – Володя уже вернулся. Б. – А Ко\ля/?
Здесь вторая  реплика восходит к более полной структуре,  в которой восходящий тон имеет обычную для вопроса функцию:
       (27) – А Ко\ля верну/лся? 
Поясним, что тональная огласовка темы (Ко\ля) асемантична и выполняет чисто оформительские функции. Как правило, тон темы приспосабливается к тону ремы по принципу обратной адаптации: при восходящем тоне ремы используется нисходящий тон темы и наоборот. Приведем типичный пример:
(28) А.  – Ивано\ва мо/жно к телефону? Б. – А Иван/ов заболе\л.
В вопросах представлена и тональная конфигурация /=, она символизирует продолжение пребывания в состоянии неопределенности, отсутствие завершения возникшей проблемной ситуации. Таковы недоуменные вопросы и переспросы:
(29)	 – Куда/= я ее положил?(М) Ума не приложу.    
(30) – Куда-куда/= ты ее положил? (Б)
Здесь буквы М (медленный) и Б (быстрый) указывают на маркированные темповые характеристики этих типов вопросов. 
Сообщения 
Мы объединяем непобудительные и невопросительные высказывания под условным ярлыком “сообщения”. К их числу относятся как  инициирующие, так и реактивные реплики. Первые обычно используют нисходящий тон в реме, тогда как огласовка вторых зависит от эпистемической оценки информации говорящим: низкая оценка способствует восходящему тону. Иллюстрацией может послужить такой обмен репликами:
(31) А. – Мне сообщи/ли, что Иванов все-таки приезжа\ет.
        Б. – Может он и прие/дет. Но у меня уверенности не\т.
              А. – Не сомнева\йся –  прие\дет!	
	Однако восходящий тон может использоваться и не в ответных высказываниях, содержащих сообщение о проблемной ситуации: 
      (32) – У него плохо с деньгами. Надо бы ему помо/чь. Только как это сделать?
      (33) – Нужно было бы предложить ему уйти. Но вот согласи/тся ли он. Это еще вопрос.
Восходящий тон может использоваться и в интродуктивных сообщениях, несущих неожиданную информацию как для говорящего, так и для его партнера:
(34)	 – Ва/\ня-то – поехал в Ту/рцию,  можешь себе представить.
Обратим внимание на огласовку темы с –то – здесь использован восходяще-нисходящий тон, который выполняет функцию маркированной активизации  фрагмента знаний, нуждающегося в изменениях. Эта тональная конфигурация ныне часто используется дикторами телевидения и при огласовке ремы высказывания – как средство мобилизации внимания слушателя:
       (35) – Этот вопрос будет обсуждаться за/\втра.  
Тот же тон используется в восклицаниях типа:
(36) – Бо/\льно!; – Здо/\рово!
Эта тональная фигура как бы склеивает фазы начала и конца и свидетельствует об отсутствии ментального процесса принятия сообщения.
	Особого рассмотрения заслуживают ответы на вопросы. Здесь кроме немаркированных нисходящих тонов нередко встречаются и восходящие огласовки. Иногда они используются как своего рода фигуры вежливости – говорящий как бы оправдывает незнание партнера неожиданностью информации:
(37) А. – А где сейчас Ваня? Б. – В кино/ пошел.
Однако чаще такие огласовки используются в отрицательных ответах, инициирующих перестройку презумпций вопроса:
      (38) А. – Ты во вторник вернешься? Б. – Нет, в сре/ду.
      (39) А. – Ты к зубному когда собираешься? Б.  – А я не собира/юсь.  
      (40) А. – Он что ли не приехал? Б.  – Почему не приехал? Прие/хал.
Фатические речевые акты
Влияние иллокутивного параметра фазы дискурса на выбор тона хорошо прослеживается в обращениях. Вступление в контакт, естественно, маркируется восходящим тоном: – Але/на! Если адресат задерживается с ответом, повторное
обращение может быть огласовано сочетанием высокого ровного и нисходящего – ровный показывает продолжение апеллятивной ситуации, а нисходящий – попытку ее завершить: – Ну, Але-е=\н!
Такова огласовка при недоминантной роли автора обращения. Если же он занимает более высокую иерархическую позицию, то используется нисходящий тон:
         (41) – Але\на! Что ты молчишь!
Сходным образом оформляются реакции на телефонный звонок. Первый ответ имеет восходящий тон: – Алло/!  Отсутствие ответа меняет роль говорящего – он переходит к нападению: – Алло\!
Фатические реплики поддержания контакта обычно огласованы сочетанием ровного низкого и восходящего тона:
   (42) – Ну-у=/… ; –Та-ак=/… 
Приветствия при встрече также имеют предсказуемые огласовки:
         (43) А. – Здра/ствуйте!  Б. – Здра\вствуйте!
В то же время реплики прощания могут иметь разные огласовки в зависимости от модальных установок участников:
         (44) А. – До свида\ния! // – До свида/ния!  Б. – До свида\ния! // – До свида/ния!

Литература
Апресян Ю.Д. Типы коммуникативной информации для толкового словаря //Язык: система и функции. М., 1988.
Бенвенист Э. Отношения времени во французском глаголе // Э.Бенвенист. Общая лингвистика. М., 1974.
Брызгунова Е.А. Интонация // Русская грамматика. М., 1980. Т.1.
Брызгунова Е.А. Ответы на анкету “Об основах теории интонации” // Проблемы фонетики. М.,1993. В.1.
Ковтунова И.И. Порядок слов и актуальное членение предложения. М., 1976.
Кодзасов С.В. Уровни, единицы и процессы в интонации // Проблемы фонетики. М.,1999. В.3.
Кривнова О.Ф. Составляющая несущего тона в мелодической кривой фразы // Исследования по структурной и прикладной лингвистике. М., 1976.
Остин Дж.Л. Слово как действие // Новое в зарубежной лингвистике. М., 1986. В.17.
Падучева Е.В. Высказывание и его соотнесенность с действительностью. М., 1985.
Серль Дж.Р. Классификация иллокутивных актов. Новое в зарубежной лингвистике. М., 1986. В.17.
Храковский В.С. Повелительность // Темпоральность. Модальность.  Ленинград, 1990.
Cruttenden A. Intonation. Cambridge, etc. 1986.

Сноски

.