А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Головин Александр Яковлевич (17.02(01.03).1863, Москва – 17.04.1930, Детское Село, Ленингр. обл.), театральный художник, живописец, график

Родился в семье Я. Д. Головина (священник, богослов, с 1866 – профессор Петровской Академии). Воспитывался в Петровско-Разумовском под Москвой. Начальное образование получил в привилегированном Катковском лицее (основан в память Цесаревича Николая). После смерти отца Г. из-за недостатка средств был переведен в частную гимназию Л. И. Поливанова. В 1881–1890 занимался в Московском училище живописи, ваяния и зодчества – на архитектурном, затем на живописном отделении (классы В. Е. Маковского, В. Д. Поленова, И. М. Прянишникова).

В 1899 посещал в Париже Академию Ф. Коларосси. В 1890-е сблизился с поленовским кружком, с промышленником и меценатом А. А. Карзинкиным. Путешестовал по Италии и Испании.

Вошел в число экспонентов Московского товарищества художников (1894, 1901–1902), Московского общества любителей художеств (1894–1898), Товарищества южнорусских художников (1896), «Мира искусства» (с 1899; активный член объединения – с 1902). Выполнил картины «Снятие со креста» (1889–1890); «Средневековый монах», «Юный пианист», «Щемит» (1892–1894), «Носы гондол», «Голова венецианки», «Альгамбра», «Преподобный Сергий учеником», «Плач Ярославны», «Рождественская ночь», «В саду» (1896–1900); копии с этюдов А. А. Иванова (1896–1897; по заказу С. И. Мамонтова), рисунки для журнала «Мир искусства»; серию майолик, мебель «в русском стиле», проекты интерьеров (столовая в доме М. Ф. Якунчиковой – в соавторстве с Е. Д. Поленовой, 1898; внутреннее убранство русского кустарного павильона на Всемирной выставке в Париже – в соавторстве с К. А. Коровиным, 1898–1900). С 1901 жил в Петербурге.

В качестве декоратора императорской сцены дебютировал в 1899–1900 (с 1902 – консультант, с 1908 – главный художник Петербургской дирекции). Сотрудничал с К. Коровиным («Дон-Кихот» Л. Ф. Минкуса, «Демон» А. Г. Рубинштейна, «Руслан и Людмила» М. И. Глинки и др.), самостоятельно оформил «Ледяной дом» А. Н. Корещенко и «Псковитянку» Н. А. Римского-Корсакова в Большом театре (1900–1901), несколько придворных спектаклей в (в Гатчине и Царском Селе), «Волшебное зеркало» Корещенко, «Золото Рейна» Р. Вагнера и «Сказку о царе Салтане» Римского-Корсакова в Мариинском (1903–1907), драмы Г. Ибсена «Дочь моря», «Призраки», «Маленький Эйольф» в Александринском (1905–1907).

Отмечая в его ранних опытах не только особый «красочный блеск» (Ал. Н. Бенуа), но порой и чрезмерное увлечение «романтической экзотикой» и «стилизованной этнографией» (В. Н. Соловьев), современники называли началом настоящих завоеваний Г. декорации и костюмы к «Кармен» (1908), «удачно соединившие характерные черты музыки Бизе с романтическим духом либретто Мериме» (Аполлон. 1917. № 1. С. 25).

В 1908–1910 Г. принял участие в подготовке дягилевских сезонов за границей («Брис Годунов» М. П. Мусоргской, «Жар птица» И. Ф. Стравинского). В 1910 вместе с В. Э. Мейерхольдом впервые предложил русской публике «сценическую формулу условного театра» («Дон Жуан» Ж. Б. Мольера). Позже работал над мейерхольдовскимиверсиями «Орфея и Эвридики» К. В. Глюка (1911), «Стойкого принца» П. Кальдерона (1915), «Грозы» А. Н. Островского (1916; спектакль вызвал весьма резкие отклики в печати), «Каменного гостя» А. С. Даргомыжского (1917), «Маскарад» М. Ю. Лермонтова (1917; здесь, по словам рецензента «Аполлона», передовое направление «раскрыло все свои карты»).

В 1912 Г. был избран академиком.

В 1900–1910-е на выставках Нового общества художников, Союза русских художников, «Мира искусства», международной в Брюсселе и т. д., помимо эскизов показал картины знаменитого цикла «Испанки», автопортреты, портреы Ф. И. Шаляпина (в ролях: Мефистофеля, Демона, Фарлафа, Олоферна, Бориса Годунова), М. А. Кузмина, М. Э. Маковской, В. Э. Мейерхольда, Н. К. Рериха, Д. С. Стеллецкого, – М. А. Волошин находил их главное отличие в «документальности» (Русская мысль. 1911. № 6; см. также его кн.: Лики творчества. Л., 1988. С. 283–284), С. К. Маковский – в своеобразном сочетании «сугубо реалистического намерения», а иногда даже «наивного и грубоватого натурализма», с «внешними приемами декора».

Именно Маковский, чрезвычайно высоко оценивший его станковые пейзажи («Пруд в чаще», «Березы»), четче других сформулировал довольно распространенную мысль о том, что Г. по сути не «театральный человек»: постановка для него лишь повод к самодовлеющему «празднику красок», к собственной «живописной сказке» (Аполлон. 1913. № 4. С. 16, 5–7). Противоположной точки зрения придерживался В. Н. Соловьев – он считал Г. мастером, превосходно чувствующим требования сцены и подчиняющим свое творчество «стремлению к чистой театральности», желанию «везде и во всем видеть театр» (Аполлон. 1917. № 1. С. 26, 28).

В 1920-е Г. создал декорации к «Королеве мая» Глюка, «Сольвейг» Э. Грига, «Севильскому цирюльнику» Дж. Россини (ГАТОБ), к комедии П. О. Бомарше «Безумный день, или Женитьбы Фигаро», к «Отелло» Шекспира (МХАТ). Иллюстрировал книги Ш. Леконт де Лиля, Э. Т. А. Гофмана, К. Гамсуна; писал воспоминания. В 1928 получил звание народного артиста РСФСР.

В некрологе К. Коровин говорил о нем как об «изященйшем художнике», работавшем с ювелирной тонкостью и словно зачарованном «изысканностью орнамента» (Возрождение. 1930. 3 мая).

Домогацкая Е. Г.